ИД "Факел"

Издательский дом "Факел" предлагает все виды услуг, связанные с выпуском печатных изданий: верстка, редактирование, подготовка к печати, печать.

Подробнее...

Для политиков

  - сопровождение выборных кампаний. Блок агитационно-печатных материалов - изготовление и распространение. Наружная и контекстная реклама. Реклама в СМИ.

Подробнее...

Для авторов и частных лиц

- индивидуальный подход и большие скидки. Помощь в распространении тиражей. Поиск спонсоров, презентации книг.

Подробнее...

Для организаций и предприятий

- буклеты, брошюры и книги о вашем бизнесе, о руководителях и ветеранах, об истории предприятия.

Подробнее...
Яндекс.Метрика


Алла Горбова

13Родилась в Ярославле в семье художников. Тяга к изобразительному искусству была у Аллы с детства, а вот писать она начала уже в зрелом возрасте.

Окончила Ярославский политехнический институт (сейчас ЯГТУ). Работала инженером-проектировщиком. В перестройку, когда всё стало рушиться, ушла с проектной работы и стала заниматься керамикой - руководила кружком глиняной игрушки в центре детского творчества. Потом снова вернулась к работе проектировщика.

В это же время начала писать. Алла – автор нескольких рассказов и романа «И.О.В» . Это история библейского Иова на современный лад.

- В последние годы литературный труд стал моим главным занятием в жизни, - говорит Алла.

В своих произведениях она рассматривает моральные аспекты человеческих поступков и решений, говорит с читателями о вечных истинах, о присутствии Бога в нашей жизни. 

МОСТ РИАЛЬТО

 

Преодолевая послеобеденный приступ лени, Дарья с неохотой вычерчивала на компьютере план напольных покрытий. Лучи апрельского солнца, прокравшись сквозь полупрозрачные жалюзи, ласково окутывали её теплом и дремотной негой, от чего у неё слипались глаза.

- Кузьмина, зайди ко мне, – очнулась она от басовитого голоса директора, заглянувшего в дверь её кабинета.

«Наверное, за сроки отчитывать будет. Не успеваю с проектом кафе. А он мне ещё квартиру подсунул. Когда всё это делать? И так из компьютера не вылезаю ни здесь, ни дома. Все свои личные дела забросила!» - досадуя, подумала она, вспомнив, что по графику сегодня нужно сдать все планировки.

Пятнадцать лет Дарья Кузьмина трудилась в дизайнерском бюро под начальством Бориса Петровича и никогда его ещё не подводила. И он ценил её за это, а ещё - за богатство идей и редкостное трудолюбие.

- Даша, у меня для тебя новость, - начал он интригующим тоном, как только она переступила порог его кабинета.

- Какая, Борис Петрович? - полюбопытствовала Дарья.

- В общем-то, это пока секрет.

Дарья напряглась. Когда в речи шефа появлялось его излюбленное «в общем-то», дело обычно касалось чего-то серьёзного.

- Ну, а тебе скажу, - доверительно продолжил он. - Так вот. Итальянцы выбрали из наших конкурсантов двух лучших. И один из них – ты.

От такого неожиданного известия у Даши закружилась голова. Она едва удержалась, чтобы не кинуться на шею Борису Петровичу!

- Ой, правда? – только и смогла произнести она.

- Да, им очень понравились твои работы, особенно те, которые мне поначалу показались, слишком смелыми. Представляешь? Вот… Но ты же в курсе, что поехать на стажировку может, в общем-то, только один человек. За десять дней я должен выбрать, кто поедет, ты или… - Борис Петрович замолчал, не желая озвучивать имя второго финалиста.

Зависла пауза. Даша, затаив дыхание, смотрела на директора.

– Даш, я ценю тебя как специалиста и вижу в тебе, в общем-то, огромный творческий потенциал. Считаю, что ты и есть самый достойный претендент на стажировку.

Дарью немного насторожил вкрадчивый тон шефа и какая-то недосказанность. Она пока не знала, как реагировать, поэтому просто молчала, ожидая, что ещё он скажет.

- Но у меня будет к тебе одна просьба. Если не откажешь, считай, что стажировка - твоя.

- Что за просьба, Борис Петрович?

Тот подошёл к Даше и с загадочной улыбкой приобнял за плечо:

- Ну, в общем-то, об этом чуть позже. Я просто хотел тебя порадовать. Ты иди, работай. В конце рабочего дня побеседуем…

К своему компьютеру Дарья вернулась с двояким чувством. Она долго сидела в задумчивости, не в силах сосредоточиться на работе. Да, она, конечно, обрадовалась, что итальянцы выбрали именно её, но в то же время ей было как-то не по себе от последних слов шефа. На что он намекал? Неужели на интим? Этот простодушный пятидесятидвухлетний толстяк, добропорядочный семьянин, как ей всегда казалось?

И всё-таки, восторг от предвкушения поездки в Италию перекрывал неприятные моменты. Четыре месяца прошло, как Дарья Кузьмина оформила заявку на участие в конкурсе, который раз в три года устраивало сообщество итальянских дизайнеров. И всё это время с нетерпением ждала итогов.

Хотя Дарья и считалась одним из ведущих интерьерщиков в городе, со временем её перестал устраивать этот статус, в рамках областного центра ей уже было тесно. Она мечтала вырваться за пределы этого города и работать в столице, а ещё лучше – в какой-нибудь европейской столице. Ей хотелось получить мировую известность, чтобы утереть нос, в первую очередь, мужу Андрею. Ведь он давно не видел в ней личность, бывало, упрекал её в том, что она застряла, перестала расти профессионально.

Дарья всё это и сама понимала. Ей казалось, будто она уже много лет ходит по одной и той же многократно протоптанной и наскучившей тропе, но свернуть с неё не может, потому что везде ей преграждает путь запрещающий движение знак. Действительно, она неоднократно отсылала резюме и портфолио своих работ в московские дизайнерские фирмы, но ей отказывали, ссылаясь на то, что у неё нет сертификата международного образца.

Именно застой в своей профессиональной деятельности на фоне успехов мужа, самого востребованного в городе архитектора, Дарья и считала причиной того, что их личные отношения пришли в упадок, а семейная жизнь как-то поблёкла. Она надеялась, что стажировка подарит возможность не только стать обладательницей так необходимого ей сертификата, но и поднимет её авторитет в глазах мужа. А ещё её длительное отсутствие поспособствует тому, чтобы они по-настоящему соскучились друг по другу и оживили чувства.

Но неужели ради всего этого ей придётся пойти на интимную связь с шефом? У Даши всё внутри сжималось от этого предположения. Нет, только не это!

 

В конце рабочего дня она с дрожью в коленях постучалась в кабинет директора.

- Даша, ты? Заходи!

- Борис Петрович, вы что-то хотели…

- Да, Даш, вот что… У тебя ведь супруг архитектор? Достаточно известный в городе, в общем-то. И заказчики у него – люди весьма солидные и состоятельные. Так вот, он проектирует им дома, а над дизайном интерьера работают, я слышал, москвичи. А мы-то чем хуже? Почему он тебя не вовлекает в это? Не доверяет?

У Дарьи сразу отлегло от сердца - разговор не касался темы интима.

- Ой, Борис Петрович, - она перевела дух, напряжение ушло, и расслабляющее тепло разлилось от макушки до пяток. – Дело не в этом. Мы с ним как-то работали над одним совместным проектом, он – над архитектурой, я – над дизайном интерьера, - вспомнила она и рассмеялась. – Разругались в пух и прах. С тех пор решили вместе не работать.

– Понятно, - задумчиво произнёс Борис Петрович. - А как насчёт того, чтобы он приглашал для такой работы кого-нибудь из нашего бюро? У нас ведь, в общем-то, и кроме тебя много прекрасных, знающих толк в деле, дизайнеров. А с заказами, сама знаешь, бывают проблемы. Если твой муж согласится на сотрудничество, тогда обещаю: на стажировку в Италию поедешь ты, Даша. Только пусть, в общем-то, это пока останется секретом для остальных конкурсантов. Для них конкурс продолжается! Кстати, ты заметила, что за время проведения конкурса и дисциплина у всех улучшилась, и качество работы повысилось? Так что пусть ещё десять дней пребывают в неведении.

 

Поучиться у какого-нибудь маститого европейского дизайнера было давней мечтой Дарьи. Теперь она была практически в двух шагах от неё! Осталось поговорить с Андреем. Лишь бы он принял условия шефа!

С работы Даша неслась, не чуя под собой ног. Ей не терпелось поделиться долгожданной новостью с мужем и дочкой. Но сообщать им её по телефону не стала, потому что хотела порадоваться вместе с ними.

По пути к дому Дарья забежала в магазин и накупила всяческой деликатесной вкуснятины и много сладостей. Праздновать, так праздновать! Чтобы поторопить мужа с работы, всё-таки решила ему позвонить:

- Андрюш, ты как, сильно занят? Приходи сегодня пораньше, пожалуйста. У меня хорошая новость. Отпразднуем.

- А что случилось? Я как раз хотел тебя предупредить, что сегодня задержусь, - замялся он. - Много работы, извини.

Дарья набрала номер дочки.

- Ой, ма, сегодня мы с девчонками на концерт идём. Группа «Молекула». Слышала? Нет? Ты что! Реально крутая музыка! Короче, я поздно приду.

«Ну вот, как всегда. Хотела устроить праздник, но у всех свои дела. И я опять одна, - приуныла Дарья. - Андрей вечно на своей работе! В последнее время никогда не приходит раньше девяти! Даже иногда ночевать остаётся у себя в мастерской. Очень много заказов. А Катюша… У неё тоже свои интересы появились. Ей ведь уже шестнадцать. Ну, ничего, спать не лягу, дождусь, когда они домой придут».

Дарья подошла к стене, на которой висел написанный ею венецианский пейзаж с изображением моста Риальто. В юности ей уже довелось побывать в Италии. За то, что она с отличием окончила художественную школу, родители наградили её путёвкой в международный молодёжный лагерь, расположенный в живописном месте на берегу Венецианского залива. Лагерь этот был не простой. Туда приезжали дети, чтобы обучиться разным видам изобразительного искусства или отточить уже имеющиеся навыки рисования. Каждый день ребята на катере отправлялись в Венецию - в музеи и на пленэры. Тогда Даша и написала пейзаж с мостом.

С самого начала участия в конкурсе она стала чаще подходить к своему рисунку. Каждый раз, глядя на него, она попадала в сказку, потому что совершалось самое настоящее чудо – словно на ковре-самолёте она переносилась в Венецию. Как бы ей хотелось вновь оказаться там! Ведь часть стажировки должна была проходить именно в Венеции!

 

Радостную новость Дарья преподнесла домочадцами лишь поздно вечером. Они были в восторге. Особенно ликовал муж:

- Дашка, да это же здорово! Ты представляешь, какие возможности у тебя появятся? С сертификатом международного образца ты поднимешься на новый уровень! Такие перспективы откроются! Да за тебя любое столичное дизайнерское бюро ухватится!

- Хорошо бы… Только директор мне одно условие поставил. И оно касается тебя.

Андрей нахмурился:

- Какое ещё условие?

- Он просит, чтобы ты рекомендовал своим клиентам услуги наших дизайнеров.

- Это ещё почему?

- Ну, такое у него условие. Тогда я точно поеду.

- Ну и жук – твой директор! – усмехнулся Андрей. – Ты же знаешь, что у меня с москвичами договорённость. Что я им скажу?

- Придумай что-нибудь, пожалуйста, - буквально взмолилась Даша.

- Ну, не знаю. Посмотрю, конечно, чем можно с вами поделиться в ущерб москвичам. Но не обещаю!

Через день Дарья узнала, что переговоры директора с её мужем прошли успешно.

 

Последние недели Даша была так загружена работой над проектом кафе, что не сразу обратила внимания на некоторые изменения в своём организме. Тест на беременность показал положительный результат. Дарья не знала, радоваться ей этому или огорчаться. Они с мужем давно мечтали о втором ребёнке, но всё как-то не получалось. А теперь, когда мечтать перестали, вдруг получилось, даже несмотря на то, что их отношения друг к другу в последние годы охладели, а близость стала большой редкостью.

Беременность ставила крест на её стажировке, а значит, и дальнейшем карьерном росте. Не поедет же она беременная на полгода в чужую страну! А если что случится? Ей на медицинскую помощь командировочных средств уж точно не хватит! Даша вспомнила, как тяжело далась ей первая беременность. Половину срока из-за токсикоза на больничной койке провалялась. А вторая беременность вообще закончилась выкидышем. «Так мне тогда не 38 лет было. А сейчас смогу ли выносить я эту беременность? – вопрошала она сама себя. - И стоит ли упускать шанс, который выпадает далеко не каждому дизайнеру? Надо будет с Андреем посоветоваться. Только чуть позже. Сейчас не до того, срочные дела. Ладно, время для раздумий ещё есть».

 

До подведения итогов конкурса оставалось шесть дней. И это основательно встряхнуло полусонную атмосферу в офисе. Он стал похож на растревоженное осиное гнездо – было шумно, суетно и как-то неуютно. Борьба за победу накалилась до предела. Казалось, что не по-доброму сверкающие взгляды конкурентов способны разжечь нешуточный пожар. Однако Дарье не грозило сгореть в этом огне – она-то знала немного больше остальных. Поэтому, не отвлекаясь на беспокойные мысли, она с головой погрузилась в работу.

Ей предстояла важная встреча с новым заказчиком, к которой она должна была подготовить предварительные эскизы дизайна квартиры. Даша корпела над ними, не щадя сил, и на работе и дома. Но в тот день, когда пришёл заказчик, чтобы обсудить и утвердить эскизы, произошло непредвиденное - их на месте не оказалось.

Дарья почувствовала, как земля уходит из-под её ног. Превозмогая приступ мышечной слабости, она кинулась на поиски. Она перерыла все ящики в своём столе, полки на стеллажах – вдруг случайно туда положила. Но эскизов нигде не было. Как провинившаяся школьница, она стояла напротив заказчика, вальяжного и самодовольного мужчины неопределённого возраста. Волна стыда медленно разливалась по её лицу, оставляя на нём розовые всполохи.

Минут пять заказчик нещадно ругался, сыпля оскорблениями в адрес Дарьи. Всё это она стойко перенесла. А вот когда он погрозился директору, вышедшему из своего кабинета на шум, что откажется от услуг их бюро, она всерьёз запаниковала. Даша горько пожалела, что не отсканировала эти выполненные от руки рисунки.

Успокоившись, заказчик всё же смилостивился и дал Дарье время до завтра. Надо было срочно исправлять оплошность, рисовать новые эскизы, чем она и занималась до конца рабочего дня, а потом ещё и дома чуть ли не до утра.

Новые эскизы у Дарьи получились даже интереснее прежних. Заказчику они понравились, конфликт благополучно разрешился. В тот же день нашлись и старые эскизы. Они были кем-то тщательно спрятаны в стопке прошлогодних проектов. Даша, разумеется, поняла, что это происки конкурентов. На душе от этого было скверно. Кто-то умышленно подставил её. Кто же? Неужели Илья? Этот наглый сопляк, у которого за плечами лишь колледж и десяток несложных проектов? Уж больно злорадно он ухмылялся, выглядывая из-за своего компьютера, когда заказчик обрушил на неё шквал бранных слов!

Илья сам себя выдал. Увидев, что Даша небезуспешно справилась с экстремальной ситуацией, он подошёл к ней в конце рабочего дня и с вызовом заявил:

- Зря стараешься. Уже всё давно решено. На стажировку поеду я.

«Почему Илья так уверенно утверждает, что поедет он? Может, я чего-то не знаю? Илья сегодня раз пять в кабинет к шефу бегал. Что происходит?» - изводила себя Дарья. Она видела, как в последнюю неделю лицемерно вели себя почти все конкурсанты. В ход шли лесть, угодничество, заискивание перед директором. Находиться среди этих людей ей было отвратительно. Она не желала быть одной из них, но безмолвно терпела, доверившись обещанию директора.

Низкий поступок Ильи переполнил чашу весов. Решение уволиться пришло спонтанно. На душе сразу стало легко, словно невидимые кандалы разрушились. Всё встало на свои места. Значит, она никуда не поедет, а будет рожать!

Конечно, свою дизайнерскую работу она не бросит, просто переквалифицируется в так называемого свободного художника. Появится больше времени для семьи. А рождение малыша непременно вернёт потерянное счастье в семью! Ведь это именно то, что ей больше всего нужно! Она так соскучилась по тем вечерам, когда все домочадцы собиралась вместе за ужином, и каждый делился своими радостями и своими горестями. Сопереживания, ободрения, милые шутки - ведь всё это действительно было когда-то! Да, тогда они были счастливы. Но ведь всё ещё можно исправить!

 

Вечером Дарья, окрылённая идеей сплочения семьи, сообщила мужу о беременности. Она не сомневалась, что Андрей обрадуется этому известию, но его реакция оказалась иной. Он долго смотрел на Дашу, стоящую напротив него, словно видел её впервые. Лицо его не выражало никаких эмоций. Потом он будто опомнился, засуетился, стал что-то искать в шкафу. Дарья была в замешательстве.

- Ты что, не рад? – спросила она.

Он не ответил, лишь мельком взглянул на неё. Его лицо было мрачнее тучи.

- Андрей, так я не поняла, ты не рад? – повторила свой вопрос Дарья с тревогой.

- Это так неожиданно… - пролепетал он в ответ, стараясь казаться спокойным. - А как же твоя стажировка? Ты что, не поедешь в Италию?

- Но мы ведь мечтали о втором ребёнке!

- Дашуль, послушай, - он подошёл к жене и порывисто обнял её, - мы уже не молодые, чтобы снова погружаться во все эти пелёнки-распашонки. Рожать, когда тебе почти сорок, - это большой риск. А если «даун» родится? Или вдруг, как тогда, опять выкидыш? В результате - и ребёнка не родишь, и стажировку потеряешь! – настойчиво увещевал он. - Ведь потом жалеть будешь всю свою жизнь, что такой шанс упустила!

Дарья молчала. Она не была готова к такому обороту, но старалась понять мужа и не перебивала.

- Послушай, - голос Андрея стал резким и недовольным: - Неужели тебе не хочется вырваться из этой провинциальной скуки? Неужели у тебя нет никакого стремления к совершенствованию? Так и будешь всю жизнь угождать далеко не изысканным вкусам провинциалов! И, в конце концов, совсем затухнешь в этом болоте!

Несмотря на то что приведённые Андреем аргументы были весьма убедительны, грубый тон его речи обидел Дашу. Раньше он никогда не позволял повышать на неё голос. Она и так согласна, что стажировка для неё исключительно важна. И если шеф сдержит слово, и в конкурсе победит всё-таки она, то она пойдёт на аборт без всяких колебаний. Только зачем злиться и орать? Дарья пыталась найти какие-либо объяснения поведению Андрея, но не находила.

 

На следующее утро Дашу всё ещё разъедала обида на мужа. По дороге на работу она чуть не плакала. Небо, словно разделяя её душевную непогоду, хмурилось и кропило дождём. В офис Дарья вошла, скрепя сердце. Ей никого не хотелось видеть.

Ближе к обеду в кабинете дизайнеров появился директор. Его таинственный вид заставил всех участников конкурса с выжидательным волнением устремить на него свои взоры. Выдержав паузу, шеф торжественно назвал имя победителя. Несмотря на козни конкурентов, им оказалась Дарья Кузьмина.

Она не верила своим ушам. Как? Выходит, Илья её просто пугал? Она обрадовалась как ребёнок. Все неурядицы и обиды тотчас забылись. Главное - она победила! Её переполняла гордость от того, что смогла заткнуть за пояс коллег, особенно это касалось, конечно же, Ильи.

Борис Петрович подошёл к Дарье и вручил ей тоненькую брошюрку:

- Вот тебе программа стажировки. Поздравляю с победой. И ещё, Даш, я тебе на почту анкету сбросил. Постарайся сегодня заполнить.

- Да, Борис Петрович, обязательно заполню. Спасибо… - с трепетом проговорила она.

Триумф буквально оглушил Дарью. Она победила! Её переполняли эмоции. Завистливые взгляды сослуживцев натыкались на ауру её праздничного настроения и отскакивали назад как теннисные мячики.

 

После работы Дарья пришла в женскую консультацию.

- Беременность пять недель, - закончив осмотр, с улыбкой сообщила врач – миловидная женщина лет около шестидесяти.

- Татьяна Ивановна, выпишите мне направление на аборт, - решительно потребовала Дарья.

- Вы не хотите рожать? Если из-за возраста, то напрасно, - сказала доктор, листая медицинскую карту Дарьи. – Вижу, беременности у вас были нелёгкие, токсикоз мучал. Но это вовсе не значит, что и теперь всё повторится. Прошли годы, сейчас много новых средств от токсикоза появилось.

- Да нет, тут другое. Понимаете, у меня важная командировка. Стажировка в Италии на целых полгода. Я не могу от этого отказаться.

- Да, сейчас женщины всё чаще выбирают карьеру в ущерб материнству. Но это страшное заблуждение, что карьера может дать женщине счастья больше, чем рождение малыша. Да ещё такой ценой. Поймите, аборт – это тяжкий грех! Грех убийства!

Уверовав в Бога, Татьяна Ивановна изо всех сил сражалась за жизнь каждого ребёнка, отговаривая своих пациенток от абортов. Она вела счёт спасённым жизням (а их было уже около ста) и очень гордилась этим.

- Какое ещё убийство? – фыркнула Дарья. - Это всего лишь часть моего тела, кусок мяса, который нужно отрезать!

- Ошибаетесь! – от отчаяния доктор сорвалась на крик. - Пять недель… У ребёнка уже есть головка, зачатки ручек, ножек, и даже пальчиков. Сердечко работает. Он всё чувствует! Понимаете, это уже малюсенький человечек! И не кто-нибудь посторонний, а ваш малыш.

Закончив читать нотации, Татьяна Ивановна посмотрела на Дарью долгим испытующим взглядом. Она как будто ждала, что та одумается, представив себе эту картину. Но Даша лишь растерянно молчала. Тогда врач с озабоченным видом приступила к заполнению бланка. Она писала медленно, намеренно растягивая время, давая возможность пациентке изменить решение.

- Понимаете, муж против этого ребёнка, - как бы оправдываясь, произнесла Дарья.

- Ну и что? Бывает, что мужчины в таком возрасте боятся появления малыша. Скорее всего, это просто его первая реакция. Дайте ему время! – глаза доктора загорелись надеждой.

Снова повисло напряжённое молчание, которое вскоре нарушила Татьяна Ивановна:

- Вот, держите. Это направления на анализы, а это на аборт. У вас есть три дня, чтобы передумать.

- Спасибо, - коротко бросила Дарья и направилась к двери. - До свидания.

 

Разговор с врачом зацепил Дашу. И хотя она на следующий день сдала все необходимые анализы для аборта, в её душе что-то изменилось. Лавры победителя больше не услаждали её, потому что словно грозовые тучи летним солнечным днём, ворвались в её ликующее сознание сомнения.

Придя с работы домой, она весь вечер терзала себя вопросом «Что же делать?» Даша ясно представляла маленького человечка, поселившегося в ней. Неожиданно её накрыло волной щемящей нежности к этому существу. Она заплакала. Чтобы успокоиться и как-то переключиться, она достала из сумки брошюру с программой стажировки, которую дал ей шеф. До сих пор она её даже не пролистала.

Слёзы туманили взор, Дарья с трудом вчитывалась в текст - буквы расползались, как тающее мороженое. Она стала рассматривать фотографии наставников. Одна из них непроизвольно привлекла её внимание - черты лица мужчины лет пятидесяти ей показались знакомыми. Что-то очень далёкое, но бесконечно дорогое угадывалось в этом образе. А когда Дарья прочитала имя этого человека, сердце сладостно ёкнуло, и её мягко обволокло давно забытой мучительной истомой.

Франческо Мазетти… Неужели это тот самый Франческо? Фамилию его она не помнила. Но глаза… Это были его глаза! Да, он изменился, возмужал, отрастил бороду. Но ведь с той истории прошло больше двадцати лет!

Даша подошла к рисунку моста Риальто. Тогда в лагере в работе над этим пейзажем ей помогал молодой преподаватель Франческо. Неужели это он? И он будет руководить стажировкой в Венеции? Интересно, узнает ли он её?

Резкий хлопок закрывающейся двери прервал мечты Даши. Пришла Катя. Какая-то задумчивая и немного грустная.

- Что с тобой? – поинтересовалась Дарья. – Опять с математичкой проблемы?

- Да нет, в школе всё в порядке, - вздохнула она, приветствуя мать дежурным чмоканьем в щёку.

- Ну, тогда давай руки мыть и на кухню ужинать.

- А что на ужин – опять пельмени из магазина? – Катя состроила кислую рожицу.

- А вот и не угадала! Я салатиков купила. Ты же любишь!

- Ой, мамочка! Обожаю тебя! Ты у меня самая лучшая!

Катя села за стол:

- Мой любимый оливье! А это что? Селёдка под шубой? Круто! – воскликнула она и тут же затихла, с состраданием глядя на мать. Это не укрылось от Дарьи:

- Что-то ты темнишь, дочка. Выкладывай, что случилось!

- Даже не знаю, как тебе и сказать-то, – помолчав, растерянно протянула Катя: - Короче, ну, это… Мне кажется, что у папы кто-то есть.

- Что ты имеешь в виду?

- Да-а… Короче, понимаешь… Я видела нашего папу с какой-то молодой женщиной.

- Так ты из-за этого такая мрачная? - Дарья с недоумением посмотрела на дочку. – Вот, удивила! Катя, ты ведь знаешь, что твой папа – архитектор, у него много разных клиентов, среди них есть и молодые женщины. Как тебе не стыдно делать такие опрометчивые выводы!

Дарья сердито отчитывала дочь. Та молча кивала, но её взгляд оставался тревожным, будто ей было известно что-то ещё, но из жалости к матери она это утаила.

- Ну да, мам, наверное, я ошиблась, - неуверенно пробормотала Катя. – Короче, забудем об этом. Не бери в голову!

 

Вечером накануне операции Дарья рано улеглась в постель, чтобы как следует отдохнуть, но сон не приходил. Опять ей вспомнились слова доктора о малюсеньком человечке, от чего в её сердце разбушевался настоящий шторм. Утихомирить его не получилось даже после приёма валерианки.

Снова сомнения завладели её разумом. Так ли нужен ей этот сертификат? Повлияет ли его получение на возрождение семьи? А может, именно с появлением малыша в доме вновь воцарятся мир и согласие?

«Надо будет ещё раз с Андреем всё обсудить. Может, и на самом деле, это была его первая реакция, такая неадекватная, - убеждала сама себя Даша, - Только сегодня-то я вряд ли его дождусь. А мне выспаться надо. Так что завтра утром и поговорим. И он отдохнувшим будет».

Проворочавшись целый час на постели, Дарья всё-таки заснула.

 

- Мамочка, я люблю тебя, - вдруг среди ночи услышала она тоненький детский голосок. – Не делай этого…

Дарья вскочила с постели. Кто это? Она отчётливо слышала голос ребёнка! Он до сих пор звучал в её ушах жалобным колокольчиком. Сердце лихорадочно колотилось. Ей захотелось рассказать о наваждении мужу. Она собралась толкнуть его в бок, но… его место на кровати было пустым. Она посмотрела на часы – почти три ночи!

«Даже не предупредил», - с горечью подумала она и в тот же миг набрала его номер.

- Ты что, совсем чокнулась, среди ночи звонить? – закричал он в трубку громким шёпотом. – Зачем меня искать? Я в мастерской, как обычно! - И бросил телефон.

Дарья почувствовала, как бешено запульсировала в голове кровь.

«В мастерской? А почему же ты шёпотом говоришь, будто боишься разбудить кого-то рядом? Значит, у тебя, и правда, есть любовница? Значит, Катя видела тебя не с заказчицей! Теперь всё понятно… Вот почему тебе не нужны ни я, ни наш ребёнок! - Обида буйным цветом разрасталась в душе Даши как сорная трава на грядке. - Негодяй! А вот мы сейчас проверим, с кем это ты там!»

Дарья вспомнила, что у Андрея имелись запасные ключи от мастерской. Она перерыла его шкаф и всё-таки нашла их – они были старательно упакованы в несколько полиэтиленовых пакетов.

Второпях накинув плащ, Даша вышла из квартиры. Спускаясь по лестнице, заказала такси.

 

Андрей, разбуженный звонком жены, всполошился не на шутку. Он мысленно ругал себя за рассеянность. Первый раз он позабыл предупредить Дашу, что останется ночевать в мастерской. Он всегда был предельно аккуратен. И на то имелась причина.

Два года назад в жизни Андрея появилась Лиза, на редкость талантливая студентка. Она делала под его руководством дипломный проект. После того, как она успешно защитилась, Андрей взял её к себе в помощники. Они стали работать вместе. Он не сразу осознал, что увлёкся девушкой. Вскоре вихрь страсти закружил их обоих, да так, что вся остальная жизнь для них померкла.

А теперь Лиза хотела за него замуж. Она часто намекала ему, что мечтает о нормальной семье, о ребёночке. И он понимал её, соглашался с её желаниями и обнадёживал, что всё так и будет, потому что у них с Дашей чувства давно остыли. Он обещал Лизе поговорить с женой, да всё оттягивал. Он понимал, конечно, что по отношению к Дарье поступает подло, искренно испытывал вину перед ней, но ничего не мог поделать. Из-за своей беспомощности он только раздражался на жену.

За семнадцать лет совместной жизни с Дарьей бывало всякое. Однако первые годы он был по-настоящему счастлив, любил свою ненаглядную жёнушку, прощал все её слабости. Постепенно всё покрылось серым слоем обыденности. Андрею хотелось новизны и остроты. С работой было проще – новые проекты, новые идеи. А вот дома… Прилагать усилия, латать дыры в семейной жизни, наводить лоск, чтобы она заиграла новыми красками, он просто ленился. Легче было посмотреть по сторонам. Серьёзных романов Андрей не заводил, но мелкие интрижки случались.

С Лизой было всё по-другому. В ней он сразу нашёл единомышленника, соратницу. Ему было интересно с ней. К тому же и хозяйка она замечательная. Как она готовит! Этого так не доставало жене!

Когда Дарья сказала ему, что уедет на полгода, Андрей увидел в этом возможность спокойно всё взвесить и прийти к окончательному решению. К возвращению Даши он бы собрался с духом и признался ей, что у него есть другая женщина. Он пока не знал, как разъяснит всё это дочке, но она большая, должна понять.

Узнав о беременности жены, Андрей испугался, что все его планы могут безнадёжно рухнуть. Поэтому и не сдержался, накричал на Дашу. А она, судя по всему, обиделась. Ну, ничего, главное, что ему удалось убедить её в необходимости аборта.

Андрей вдруг сильно разнервничался. Он поднялся с постели и вышел на лоджию, чтобы закурить, но мгновенно спохватился - Лиза его всегда за это ругала. Он раздражённо смял сигарету и, судорожно сжимая её в руке, стал торопливо прохаживаться вдоль комнаты, стараясь не шуметь.

«Только бы Дашка ничего не заподозрила. Она же должна знать, что каждый раз, когда я допоздна за работой засиживаюсь, остаюсь ночевать в мастерской. Но, правда, всегда предупреждаю. А тут совсем расслабился. Так есть из-за чего, - Андрей с нежностью посмотрел на объятую сном Лизу. Она была необыкновенно хороша: тёмно-коричневые, почти чёрные, шелковистые волосы подчёркивали белизну её красивого лица, длинные ресницы еле заметно подрагивали, маленький розовый рот был слегка приоткрыт. Он осторожно поцеловал её, лёг рядом и задумался. – Впрочем, это даже к лучшему, если Дарья всё узнает. Может, сейчас самое время. Узнает и уедет на полгода. Так ей легче будет».

 

Через десять минут езды на такси по спящему городу Даша была уже на месте. Лифт поднял её на двенадцатый этаж. Там находилась мастерская Андрея. Дарья кое-как попала ключом в замочную скважину. Руки не слушались. Она вошла в мастерскую. В темноте прошла внутрь. Никого не обнаружив, она включила свет. Так и есть – никого!

«Значит, он у неё», - догадалась Даша и с рвением принялась выискивать улики, подтверждающие наличие у мужа любовницы. Последний раз в мастерскую Андрея она наведывалась давно, полгода назад, не меньше. Она заметила, что в помещении за это время произошла перестановка. Появилась ширма, отделяющая диван от рабочего стола. Да и сам диван теперь стоял в другом месте. Даша села на него и вздрогнула, увидев лежащие на нём широкую резинку для волос и массажную расчёску. Явно, это были вещи не Андрея, который всегда очень коротко стригся. Дарья с какой-то холодной брезгливостью взяла расчёску и увидела, что между её зубчиками зацепилась пара длинных чёрных волос. С презрением она отшвырнула её.

Вот и улики! Даша хотела плакать, но слёз не было. Она приоткрыла окно и жадно закурила, даже не вспомнив, что бросила год назад. Просто под натиском неистовствующих страстей машинально схватила в руки пачку, оставленную на подоконнике Андреем, а рядом и зажигалка лежала.

Мысли путались, словно некто, запустив на правах хозяина в её голову руки, энергично ими помешивал. Мелькали кадры её жизни – свадьба с Андреем, рождение дочери, путешествие по Волге на теплоходе, отдых всей семьёй на Бали… Всё было так хорошо! Что же случилось? И когда? Дарья отчётливо чувствовала, как те тоненькие связи, которые ещё сохранялись между ней и Андреем, неудержимо рвутся. Она поняла, что трещина в браке образовалась давно, но заметила она её только теперь.

Он её больше не любит. У него другая. Гораздо моложе её. А она ему не нужна. И ничего уже не вернёт былого счастья. Даже рождение ребёнка. Вот и стала ей понятна его странная реакция на её беременность.

 

Когда Дарья покинула мастерскую, на улице рассветало. Домой она шла пешком. Вернувшись в квартиру, она уже знала, что больше не заснёт.

Проревевшись, она как к спасательному кругу подбежала к своему венецианскому пейзажу. Рисунок быстро и надолго захватил её в ностальгический плен.

Франческо, тогда начинающий художник, вёл в лагере занятия по живописи и рисунку. Помогал ему переводчик, который преподавал всем желающим итальянский язык. Благодаря ему Даша за восемнадцать дней смены немного научилась разговорному итальянскому.

Дарья сразу полюбила уроки Франческо. Ведь именно от Франческо она впервые услышала о профессии дизайнера интерьера, которую в дальнейшем он планировал освоить. Франческо буквально заразил Дашу страстью к этой профессии. Всё свободное время в лагере она просматривала журналы по интерьеру, делала какие-то зарисовки к себе в альбом. Тогда она и приняла решение после школы учиться на дизайнера.

А вскоре появилась ещё одна мечта. На занятии, посвящённом творчеству Дюрера, Франческо вдруг подбежал к Даше, стал эмоционально размахивать руками и что-то искать в альбоме художника. Потом показал всем репродукцию «Портрета молодой венецианки»: «Смотрите, как Даша похожа на неё! – Затем, обращаясь к ней, произнёс: - Да у тебя, наверное, были в роду венецианцы!» Действительно, глядя на картину Дюрера, можно было подумать, будто он писал портрет с Дарьи - вьющиеся золотисто-каштановые волосы и светло-оливковая кожа, карие глаза и едва уловимая горбинка на носу. Даша и сама пришла в крайне восторженное изумление. Как так случилось? «Ну да, значит, на самом деле мои предки из этих мест! – поверила она смелому предположению. – Я и есть самая настоящая венецианка! Венеция – это моё место, я непременно должна здесь жить!» Фантазии на эту тему тогда крепко засели в голове Даши.

Как-то на одном из пленэров, который проводился вблизи знаменитого моста Риальто, Франческо расположил свой мольберт рядом с Дарьей. Обычно он выбирал кого-нибудь из учеников, подсаживался рядом, задавал настрой, подсказывал, как построить композицию. Дашу он выбрал впервые. Пока она рисовала, её учитель то и дело поворачивался к ней и проверял, что у неё получается. Закончив свой набросок, Франческо подошёл к мольберту Дарьи и что-то немного подправил. Рисунок с изображением моста Риальто у Даши получился великолепным. Франческо громко и воодушевлённо похвалил свою ученицу. При этом он слегка приобнял её за талию, чмокнул в щёку и посмотрел на неё восхищённым взглядом. От всего этого Даша чуть не потеряла сознание. Она смотрела в глаза Франческо и безнадёжно тонула в каком-то бурлящем, переливающемся алмазами, водовороте.

Всё это вкупе, наверное, и стало той почвой, на которую упало семя нового для неё чувства. И вот, будто первый весенний цветок, пробивающийся сквозь остатки снежного покрова, из глубин её души пророс и заблагоухал цветок любви. Всё померкло вокруг, весь мир перестал для неё существовать: только Франческо, только его глаза, только его голос.

Ей казалось, что и он к ней неравнодушен. Она не раз ловила на себе пламенный взгляд его чёрных, похожих на маслины, глаз, отчего сильно смущалась. Даша читала в его взоре то, о чём тайно грезила - нежность и мольбу. Было ли это на самом деле? Ей, шестнадцатилетней девчонке, не хотелось загружать голову рассуждениями и сомнениями.

После пленэра у моста Риальто Дарья ждала со стороны Франческо инициативных действий, но смена подходила к концу, а их всё не было. Три оставшихся дня в лагере тянулись мучительно долго, несмотря на многочисленные мероприятия. Активно в них участвуя, Даша пыталась убежать от того, что творилось в её сердце. Она безмерно страдала от неразделённой любви.

Наступил последний вечер перед отлётом на родину. Окончание смены увенчалось грандиозным праздником с угощениями, дискотекой и фейерверком. Даше безумно хотелось провести оставшиеся часы с дорогим ей человеком. Когда начались танцы, она стала искать его взглядом. Но Франческо нигде не было.

И только когда раздались зажигательные звуки танго, она увидела его. Он танцевал с какой-то девушкой. Танцевал страстно, изящно и виртуозно, как профессиональный танцор. Да и партнёрша его, похоже, не была новичком. Их танец завораживал. И неудивительно, что взгляды всех присутствующих моментально сконцентрировались на этой паре. На тацполе остались лишь они.

В этот миг Даша почувствовала, как что-то больно оборвалось внутри неё. Какая-то тонкая, но звонкая струна. Она даже услышала протяжный жалобный её стон. Ей не хотелось смотреть на танцоров. Она отвернулась, чтобы скрыть слёзы. И вдруг… она заметила Франческо. Он стоял около беседки, сложив руки на груди и подперев ногой деревянное ограждение. Так вот же он, её любимый! Он, как и все, заворожённо наблюдал за танцем.

Дарья опять посмотрела на танцующую пару и поняла, что ошиблась. Танцор был и вправду похож на Франческо. Только как же она сразу не разглядела, что его кучерявые волосы гораздо короче, чем у Франческо, и ростом он выше?

Дарью переполняла неописуемая радость. Хотелось танцевать! Мир снова засверкал всеми красками радуги. Ей трудно было удерживать в себе это радужное настроение, и когда зазвучала мелодия из кинофильма «Титаник» (её любимая!), Даша кинулась к Франческо и пригласила его на танец. Он ослепительно улыбнулся и нежно взял ее под руку.

Они вышли на площадку, где уже танцевало несколько пар. Как только Дарья очутилась в объятиях Франческо, все муки последних дней исчезли в какой-то призрачной дымке. Было ощущение, что весь мир растворился в этой дымке, и ничего вокруг нет, только он и она. Даша парила в танце, уносясь всё выше и выше, туда, где в ночном небе о любви пели звёзды. Неожиданно для самой себя она прошептала на ухо Франческо: «Ti amo», что значит «я тебя люблю».

Дарья слепо верила, что услышит в ответ эти же слова. Ей казалось, что в ожидании их прошла целая вечность. Франческо молчал. При этом он немного удивлённо и в то же время как-то виновато улыбался. Потом он по-дружески потрепал её по голове и стал что-то быстро говорить ей по-итальянски. Она уловила лишь последнюю фразу: «Приезжай, когда повзрослеешь!» Для него она была всего лишь девочка!

Танец закончился. Даше думалось, что с танцем закончилась и её жизнь. Однако слова Франческо заронили в её душе зерно надежды, что когда-нибудь она обязательно вернётся в Венецию.

Дома Даша вставила в рамку рисунок моста Риальто и повесила его на стену в своей комнате. Шло время, появились новые друзья, новые увлечения. Замужество не стёрло бесследно из памяти венецианские каникулы. Но всё реже она смотрела на рисунок моста Риальто и уже не мечтала о возвращении в Венецию.

И вот, много лет спустя, наступил час, когда мечта эта вернулась. Она приобрела новую форму и зазвучала какой-то неожиданной, незнакомой мелодией. Вот она и повзрослела. Она уже не та наивная девочка! Теперь она интересная женщина, профессиональный дизайнер. Теперь она уверена, что в состоянии очаровать этого уже не молодого итальянца. Ведь у них так много общего, они могут говорить почти на равных! Несомненно, ему с ней не будет скучно! Так, не судьба ли это вновь посылает ей встречу с её первой любовью? И стоит ли упускать эту синюю птицу удачи, которая уже почти в её руках? А вдруг это шанс не только для карьерного роста, но ещё и для перемен в её личной жизни? И может быть, что-то произойдёт… Что-то хорошее, что изменит её жизнь и подарит настоящее счастье!

Даша сняла рисунок со стены и ещё пристальнее вгляделась в него. Ей почудилось, что изображение стало как бы объёмнее, ярче и ещё притягательнее. Мост приветливо и настойчиво манил её. Не в силах сопротивляться, она приняла приглашение, побежала по нему, зацокала каблучками по ступеням. Она ощутила, как лёгкий ветерок ласкает лицо и раздувает подол её платья, почувствовала запах воды и услышала её плеск от весла подплывающей к мосту гондолы. Атмосфера праздника захватила её. В гуляющих по мосту людях она искала Франческо.

Какое-то время Дарья ещё размышляла о превратностях судьбы, сидя на кухне. Она всё больше убеждала себя в том, что всё идёт так, как надо: «Жизнь сама выруливает на новую дорогу. Всё происходящее не случайно! Не случайно я победила в конкурсе и поеду в Италию. Не случайно один из наставников – Франческо. Возможно, он ещё и сам не знает, но подспудно уже ждёт меня. Не случайно у Андрея – любовница. Выходит, судьба заранее позаботилась о нём, чтобы ему не остаться одному. Так, может, это просто начинается новый виток в моей жизни?»

Она окончательно успокоилась и принялась собираться в клинику: «Все обстоятельства толкают меня на это. Всё складывается таким образом, что это необходимо сделать. Значит, я сделаю это».

 

Операция прошла успешно и безболезненно, а когда наркоз отошёл, Дарья отправилась домой. В этот день она взяла на работе отгул и намеревалась просто отдохнуть от всех передряг последней недели.

Переступив порог дома, она сбросила с себя обувь и прошла в комнату. Она увидела рисунок, оставленный утром на журнальном столике. Со сладостным трепетом она взяла его в руки и уютно расположилась в кресле.

От внезапно раздавшегося телефонного звонка Дарья вздрогнула. Увидев на дисплее номер начальника, она недовольно поморщилась: «Ну что ещё ему надо!», но собралась и бодро ответила:

- Слушаю, Борис Петрович.

- Привет, Даша! Чем занимаешься? Документы на стажировку ещё не начала собирать?

Голос директора показался Дарье немного озабоченным.

- Нет пока. Мне свои личные проблемы утрясти надо. Я же вас предупреждала, что беру отгул, - смущенно пояснила она.

- Ну да, в общем-то, я в курсе. Значит, документами пока не занимаешься, - с каким-то непонятным облегчением произнёс шеф, от чего у Даши сразу тоскливо заныло за грудиной. – Знаешь что… и правильно. В общем-то, тут дела поважнее появились. А со стажировкой пока придется повременить.

- Как повременить?

- Пока! Сообщаю тебе по секрету: сегодня был в мэрии, грядёт сногсшибательный заказ, - заговорщически пробасил он. - Крупнейший гостиничный комплекс! Мы будем обеспечены работой не на один год вперед!

- И что? При чём тут стажировка? - Дарья не понимала, к чему клонит директор.

- Стажировка, в общем-то, никуда от тебя не денется! Просто поедешь в другой раз. Ну, так получилось, – в голосе шефа послышались извинительные нотки. – Видишь ли, надо, чтобы в этот раз на стажировку поехал Илья. В мэрии за него похлопотали. Сама понимаешь, серьёзный заказ просто так не даётся! За всё, в общем-то, надо платить. Кстати, итальянцы его портфолио тоже высоко оценили.

После этих слов Даша буквально оцепенела. Она вдруг вообразила, будто стремительно падает в бездну, и никто не в силах спасти её.

Догадавшись, что Дарья в нокауте, Борис Петрович засуетился, стараясь её как-то привести в чувства:

- Ты это, в общем-то… не расстраивайся. Я тебя поставлю ведущим дизайнером по новому проекту! А на стажировку в следующий раз поедешь! Без конкурса! Клянусь!

- Это что, через три года? – с трудом выдавила из себя Даша и уронила телефон.

Она заплакала. От обиды на всех и вся, от злости на себя, от того, что судьба безжалостно посмеялась над ней.

Тяжело всхлипывая, она долгим взглядом, словно прощаясь, посмотрела на рисунок моста Риальто, который всё это время держала в руке. Потом с неистовством запустила им в угол комнаты: «Вот и всё…»

 

Покорно подчинившись тягостному унынию, Дарья вышла из дома и побрела, сама не зная куда. Слёзы застилали глаза, но она крепилась изо всех сил, чтобы не разреветься на людях. Ей вспомнилось ночное наваждение. Голос ребёнка вновь тревожно зазвучал в её ушах, пронизывая леденящим холодом каждую её клеточку. «Как теперь мне жить с этим?» - то и дело повторяла она. Ей казалось, что жизнь остановилась, и это состояние безысходности отныне будет с ней вечно.

Солнце уже катилось к горизонту, освещая голые ветви деревьев мягким розовым светом. Но Дарья ничего не замечала вокруг. Неровной походкой, как пьяная, она медленно шагала вдоль дорожки городского сквера, когда кто-то окрикнул её. Даша подняла глаза и сквозь слёзную пелену не сразу узнала врача из женской консультации.

- Что с вами? – доктор обняла её за плечи и усадила на скамейку.

- Татьяна Ивановна, я… я… - Даша больше не могла сдерживаться и зарыдала в голос.

Она не знала, о чём рассказывать. Об измене мужа? О том, как рухнули её планы? А может, о том, что она сегодня убила собственного ребёнка? Немного успокоившись в объятиях врача, она начала сбивчиво излагать события последних суток.

Татьяна Ивановна, внимая, переживала вместе с ней. А когда Даша в своей истории дошла до аборта, доктор вспыхнула и с осуждением взглянула на неё. Её задело, что Дарья не послушалась её совета. В другой раз она обрушилась бы на нерадивую пациентку с обличительной речью, но тут вдруг она впервые в жизни не смогла найти необходимых слов. Её обожгло жалостью к этой несчастной женщине. Она только ещё сильнее обняла её, готовая и сама расплакаться.

- Я просто не знаю, что делать, Татьяна Ивановна. Весь мир против меня! Мне жить не хочется! Никому я не нужна. А кому… - Дарья на секунду затихла, с содроганием осмысливая слова, которые готовы были уже слететь с её языка. - А кому могла бы быть нужной, того сама же и убила…

Она закрыла глаза. А не сон ли всё это? Вот сейчас она откроет их и окажется в другой реальности, настоящей! Но чуда не случилось. Открыв глаза, Дарья увидела, что это и есть настоящая реальность, и она вновь испытала нестерпимую тупую боль в сердце.

- Я ведь теперь всю жизнь буду казнить себя, – обречённо вздохнула она.

- Знаете, Даша, казнить себя всю жизнь – это не самое лучшее решение. Я ведь тоже думала, что никогда не избавлюсь от угрызений совести - много лет на абортах проработала, почти две тысячи душ погубила… - Татьяна Ивановна замолчала, уставившись куда-то вниз. На несколько минут она задумалась, и было видно, что эти думы доставляют ей жуткие мучения.

Даша боялась нарушить молчание и лишь глядела на доктора с неподдельным состраданием. Неожиданно она нашла в ней сестру по несчастью.

- Даже когда я уволилась с той работы, мне ещё долго не давало спокойно жить чувство неискупимой вины, - очнувшись, продолжила Татьяна Ивановна. Внезапно её лицо преобразилось и засияло. – Всё изменилось, когда я пришла в церковь. Только глубокое покаяние перед Богом спасло меня от затянувшейся тяжелейшей депрессии.

- Покаяние? – встрепенулась Дарья. - Ой, наверное, мне тоже надо в церковь сходить, покаяться. Но… разве ж Бог простит меня за такое?

- Ну что вы, Даша! Нет такого греха, который бы милостивый Господь не простил. Главное, чтобы покаяние было искренним, от чистого сердца. - Татьяна Ивановна с теплотой посмотрела на Дарью. - И в семье всё обязательно наладится, только молитесь и верьте!

- Вы так думаете? - глаза Даши залучились надеждой.

И словно в подтверждение откуда-то издалека полились призывные колокольные звоны.

 

Алла Горбова,

апрель 2019

 

Другие материалы в этой категории: « РАЗИЯ ОГАНЕЗОВА, ВСЕ К ЛУЧШЕМУ!
Вы здесь:   ГлавнаяМоя первая книгаПроба пераАлла Горбова
Stroitelstvo
Tranzito
Biznes